Эти скальные занятия я бы так и оставил без внимания, если бы… но обо всём по порядку.

Решили мы с Филипом перед отъездом в Альпы потренироваться на скалах. Он предложил не просто полазить, а поупражняться в драй-тулинге (dry tooling). Для меня дело это было совсем новое, и я согласился. Конечно, жаль было тупить и царапать о скалу свои новенькие ледовые молотки, да и кошки тоже не хотелось бы потом заново точить. Да уж ладно, пробовать так пробовать. Вместо своих рабочих кошек мы всё-таки решили использовать старые, уже изрядно затупленные и побывавшие в гималайских переделках кошки Филипа.
На скалы прибыли уже поздновато, хотя, впрочем, 10:30 для нас было не поздно, и до вечера было вполне достаточно времени, чтобы провести его с пользой для себя. Погода стояла хотя и не солнечная, но вполне приятная для лазания. Небо было затянуто тучами, что не редкость в Бельгии. Народу на скалах было немного, в основном голландцы, для которых было проще приезжать на тренировки в Бельгию, нежели ехать за тридевять земель на свои скалы. Мы облюбовали для себя место с краю, чтобы никого не беспокоить, да и на нас никто не косился. Но скрыть нашего намерения лазить по скалам в кошках и с ледорубами мы всё-таки не смогли. Рядом стоящие голландцы бросали на нас любопытные взгляды. Филип же с невозмутимым видом знатока надевал кошки. Маршрут мы выбрали лёгкий, 4+, но несмотря на это Филипу пришлось изрядно покорячиться, чтобы добраться доверху. Я внимательно следил за его движениями, чтобы хоть как-то подготовиться к предстоящему подъёму.
Бывало, Филип ставил ногу, опирался на неё, а кошки скользили по скале, издавая характерный скрежет. На первый взгляд было не так уж и трудно. Так, да не так. Это я понял после первых шагов. Ледорубы не совсем хорошо слушались меня, постоянно выскакивали, срывались с зацепов. В таких случаях хотелось схватить скалу руками — уж больно ненадёжным казалось соединение «сталь — скала».
Перешли на более сложный участок. Опять очередь Филипа. Он решил ещё более усложнить задачу, взяв с собой десяток friends. Первый участок — внутренний угол — он прошёл, я бы сказал, без напряга, по пути воткнув пару friends. Далее следовала плита с наклоном примерно 60°. Вот тут-то всё и началось. Его кошки никак не хотели держать, постоянно проскальзывали. Филип раза три срывался, ругался. Один раз сорвался так, что его нога каким-то образом попала между натянутой верёвкой и скалой. При падении он перевернулся почти вверх ногами, но friend, который он удачно установил в щель, его выдержал! Я, стоя внизу, уже приготовился выслушивать его «монолог», сопровождающийся плевками и пинками скалы по поводу произошедшей неудачи. Но вместо этого я услышал:
— Владимир, он (friend) выдержал!!! Значит, я его правильно установил!!!
Понимая его ликование, молча поднимаю большой палец вверх. Правильная установка закладных элементов — это уже искусство, а может быть, немного везения, а может быть, и то и другое вместе. Но его радость длилась недолго. Ровно до того момента, когда он неловким движением выронил один из молотков.
Истошный крик сверху:
— Ледоруб!!!
Далее следует набор ругательств, к которым я не могу подобрать русский эквивалент. И надо же, как раз в это время, в эту минуту и в эту же секунду под скалой проходит женщина с ребёнком — наши голландские коллеги. Ледовый молоток, описав красивую дугу и несколько раз отрикошетив от скалы, приземляется метрах в трёх от меня и на таком же расстоянии от голландцев. Женщина шарахается в сторону, прихватив с собой мальчика, и бочком ретируется. Филип спустился вниз, а я решил, что драй-тулинга с падающими ледорубами для меня на сегодня достаточно. Хорошего понемножку.
Мы частые гости на тех скалах, и каждый раз при виде царапин от кошек на камнях, оставленных нами, я невольно улыбаюсь.
Декабрь 2006

